02:30 Прямой эфир
Х/ф "Юность Максима" (12+)
04:05 Х/ф "Иудушка Головлев" (12+)
05:35 Аты-баты. Битва за Москву (6+)
05:50 Знай наших. Борис Голицын (6+)
06:10 На старт. Бадминтон (6+)
Прямой эфир
Х/ф "Юность Максима" (12+)
04:05 Х/ф "Иудушка Головлев" (12+)
05:35 Аты-баты. Битва за Москву (6+)
05:50 Знай наших. Борис Голицын (6+)
06:10 На старт. Бадминтон (6+)

Шереметев – фельдмаршал Петра Великого

25 марта 2018 в 21:24
Можно себе представить, что Борис Петрович Шереметев получил от Его Величества Петра I решительный указ, затем долго медлил, подготавливая всё нужное для исполнения и ожидая благоприятного момента, и наконец, когда царь вот-вот должен был потерять всякое терпение, – явился на свет.

Борис Петрович Шереметев.jpg
Борис Петрович Шереметев

Но историческое время говорит нам, что Шереметев родился 25 апреля 1652 года – за двадцать лет до рождения Петра – и стал продолжателем старинного боярского рода, имевшего, правда, общее происхождение с царской фамилией Романовых. О детстве и юности Бориса известно мало, однако вот что пишет первый его биограф Г. Ф. Миллер: «… он казался рождён к военным подвигам, к коим отец с 1666 году его и приучил», а ещё «Борис Петрович не токмо воинскими подвигами, но и любовными предупредил несколько свои лета», о чём свидетельствует ранняя женитьба 17-летнего молодого человека в 1699 году.

Маленький Шереметев.jpg
Маленький Шереметев

Отец Шереметева Пётр Васильевич в то время (1666-1668) был киевским воеводой и боролся на культурном фронте за существование Киевской Академии, куда, вероятно, и отдал учиться своего сына. Там Борис научился говорить по-польски, познакомился с латынью и греческим языком. В Киеве же завёл первые знакомства с польской знатью и полюбил местную Киево-Печерскую лавру, которая до конца жизни останется для него уголком милых бесед и спокойствия, которых ему так часто будет не хватать в его походной жизни…

В 1679 году Шереметева назначают «товарищем» воеводы в Большой полк – это становится его первой военной службой. Ещё два года, и он уже воевода недавно организованного Тамбовского разряда.
А в 1682 году при восшествии на престол Ивана и Петра он пожалован в бояре, а вместе с тем становится важнейшим участником исторических событий, к которым приближается Россия. Встают два главных вопроса внешней политики петровского времени: отношения с Турцией и Швецией.

Скоро открылись дипломатические способности Шереметева, одного из самых культурных, вежливых русских людей по признаниям самих иностранцев. К тому же он знает языки – то, что надо для дипломата. В марте 1686 года прибыли в Москву для заключения союза против турок польские послы. Результатом переговоров стала победа московской дипломатии и Шереметева в частности: за Россией был окончательно закреплён Киев. Шереметев же едет в Польшу за ратификацией договора, а после этого и в Вену, чтобы объявить императору Леопольду о заключении «вечного мира» с поляками.

По возвращении из посольства Бориса Петровича назначают на ответственную должность воеводы Белгородского разряда: этот разряд охранял южную границу от татарских набегов. А на следующий год Шереметев принимает участие в походе В.В. Голицына против Крыма, который должен был состояться по условиям «вечного мира». Сражения в Чёрной и Зелёной долинах были тяжёлыми: отряд Шереметева был смят татарами, несмотря на его лично проявленную храбрость.

Итак, Пётр вступает на престол, но не оставляет поддержавшего его в борьбе с сестрой Бориса Петровича при себе, а посылает его на прежнюю должность, в Белгород. И вот почти на восемь лет Шереметев оказывается вдалеке от Москвы и царского двора. Только в 1695 году, когда началась война с Турцией, Пётр призывает его на весьма значительную роль. Ближайшая цель войны – Азов. Шереметев должен сформировать армию из дворянской конницы и казаков и отвлекать на себя крымских татар, пока полки нового строя вместе с московскими стрельцами не возьмут Азов.
Надо сказать, что назначение Шереметев принял с явной неохотой и досадой. В 1695 году после четырёхдневной осады ему сдался турецкий городок Кизы-Кермень, а после этого – уже без боя – сдались три других. Но до Крыма Шереметев не дошёл. На следующий же год при благоприятнейшем отсутствии татарского войска, которое было в это время под Азовом, Шереметев остановился на реке Берестовой – только крайняя осторожность полководца не позволила русским войти в беззащитный Крым.
И всё-таки взятие Кизы-Керменя принесло Шереметеву военную славу. Его торжественно встречали в Москве, во время своего заграничного путешествия его всюду чтили как победителя «неверных» , а в Мальте случилось и вовсе неслыханное: Шереметев стал кавалером Мальтийского ордена, чего с русскими никогда не случалось. Рыцарь! И всё равно, что мальтийцы скорее не смогли отказать его желанию, нежели проявили своё.

Но главные свершения почти, что пятидесятилетнего Бориса Петровича впереди. Началась Великая Северная война. С этого времени мы наблюдаем за перепиской Петра с его «последним рабом», как подписывался Шереметев. Царь спешит с открытием военных действий и укоряет своего военачальника: «Полно отговариваться, пора делать; воистину и мы не под лапу, но в самый рот неприятелю идем, однакож за помощию божиею не боимся».

В битве под Нарвой молодой шведский король Карл XII наносит русским жестокое поражение. Дворянская конница, которой командует Шереметев, первой обращается в бегство. Но вину генерала, как Шереметева называют с начала 1700 года, видят в другом: посланный со своим отрядом на разведку под Везенберг, откуда ожидались шведы, он нашёл город незанятым и… ушёл, оставив его подошедшим шведам. Разгром под Нарвой взбудоражил Петра, ему становится очевидна недостаточная подготовленность войска, он вынужден отчасти согласиться с «отговорками» Шереметева, считавшего войну поспешной. В плен к шведам попали двое из четырёх дивизионных генералов – А. А. Вейде и А. М. Головин. Третий дивизионный генерал Н. И. Репнин вскоре был послан с отрядом в Литву на помощь польскому королю Августу. Из высшего генералитета при Петре остаётся только Шереметев, и уже в 1701 году он принимает звание генерала-фельдмаршала – высший военный чин.

Битва при Эрестфере.jpg
Битва при Эрестфере

В новом статусе Шереметев дважды обыгрывает шведского генерала Шлиппенбаха. Первая победа случилась при Эрестфере в декабре 1701 года и стала событием, переломившим ход войны. Пётр восклицает: «Мы дошли до того, что шведов побеждать можем; пока сражались двое против одного, но скоро начнём побеждать их и равным числом ». А Шереметев за победу получает «знак золотой с алмазами и кавалерийский крест св. апостола Андрея с чепью золотою». Вторым успехом стала победа у мызы Гуммельсгоф (1702 год), где Шлиппенбаха, убегающего от превосходящих сил противника, настигли посланные ему вдогонку татары, калмыки и казаки. Завязался бой. Сначала шведы потеснили русский авангард и даже захватили несколько орудий и часть обоза, но исход сражения решил подоспевший со своими главными силами фельдмаршал. После победы Шереметев предпринимает серию опустошительных походов по прибалтийским городам. В одном из таких городов, в Мариенбурге, военной добычей Бориса Петровича стала латышка Марта Скавронская – будущая жена Петра и императрица Екатерина I .Тогда фельдмаршал ещё не знал, что царь не останется перед ним в долгу…

Всё в том же 1702 году под командованием Шереметева взята крепость Нотебург, а в 1703 настала очередь Ниеншанца. 12 апреля двинулись берегом Невы собранные под командованием фельдмаршала казаки, калмыки и татары, несколько батальонов Репнина и Брюса, два драгунских полка, три солдатских, новгородские дворяне, 30 апреля подошёл Пётр с преображенцами. 1 мая после бомбардировки крепость сдалась. Договор о капитуляции написан от имени Шереметева, именно ему 2 мая комендант вручает ключи от крепости. И уже 16 мая на месте Ниеншанца закладывается новый город, будущая столица России, символ выхода к морскому пути – Петербург.

Вплоть до легендарной Полтавской битвы Шереметев в постоянных делах и разъездах: он осаждает крепости, совершает опустошительные набеги, участвует в подавлении восстания астраханских стрельцов и долго мучается в Казани с недовольными башкирами. На фронте ему теперь противостоит шведский генерал Левенгаупт, а само войско ему приходится делить со своим «двойником», другим фельдмаршалом, иностранцем Огильви, которого «выписал» для службы Пётр. Везде Борису Петровичу приходится терпеть царское понукание, а иногда и открытый гнев, который чередуется с признанием высоких фельдмаршеских заслуг – так, в1906 году он первым из русских получает титул графа. А затем следует новая «статья» – приказание.
Тактика изнуряющей борьбы, которой придерживался Пётр, давала свои плоды. Грозное шведское войско не походило на себя времён победы под Нарвой; окружённое русскими с трёх сторон, оно оставило для себя только один путь – на Полтаву.

Полтавская битва.png
Полтавская битва

Несомненно, первой звездой Полтавской битвы был Пётр, который разработал план построения армии и сам мужественно вёл своё войско к победе. Другим блестящим участником оказался князь Меншиков, имевший смелость дважды проигнорировать приказания Петра об отступлении. Но нельзя забыть и о Борисе Петровиче. Сведений о его действиях по ходу баталии нет, однако мы знаем, какое место он занимал на поле боя. Он – главнокомандующий. «Господин фельдмаршал, вручаю тебе мою армию, изволь командировать, » – внушает ему Пётр. Почему именно Шереметев? И зачем Петру вообще понадобился командир, ведь ясно, что все ключевые решения будет принимать сам царь, лично участвующий в сражении. Конечно, за Шереметева говорит большой воинский опыт, но при всех заслугах Борис Петрович никогда не был выдающимся полководцем. Его сила в другом. Кажется, он был единственным на тот момент человеком, который мог собрать вокруг себя русское войско, сплотить его разрозненные части, быть его лицом. Шереметева, как никого, уважали солдаты. Его первой заботой всегда было обеспечить войско провиантом, конницу фуражом, никто не должен был остаться без крова, одежды и достаточного обмундирования. Рачительный и щедрый хозяин он всегда – и в своих домашних владениях и в походных квартирах – был центром, вокруг которого собирались для решения важнейших государственных дел, а порой – для отдыха и забав. Сам Пётр был у него не редким гостем. Шереметев, что особенно важно для петровской эпохи, прекрасно ладит с иностранцами. Ближайший друг Бориса Петровича – представитель знатного шотландского рода Яков Брюс, именно он долгое время командует всей русской артиллерией. В народном сознании Шереметев едва ли не главный герой Северной войны, о нём складывают и поют песни, а это значит, что народ произносит его имя с сердцем.

За победу в Полтавской битве богатейшему землевладельцу Шереметеву, к его огорчению, пожаловано село Чёрная Грязь. Однако фельдмаршал не ударил в грязь лицом и исполнил свою службу с высоко поднятой головой. А времена для него наступали тяжёлые. Стареющий Шереметев всё чаще и всё тяжелее начинает болеть. К этому добавляется травма душевная: неудачный Прутский поход 1711 года разлучает его с любимым сыном Михаилом, которого в залог подписанного договора Шереметев вынужден оставить в турецком плену. Фельдмаршал поражён, он не находит себе места и просит царя отпустить его в излюбленную Киево-Печерскую лавру – в монахи.
Но тут-то Пётр и возвращает Борису Петровичу давнишний долг. Сначала он устраивает ему в Петербурге триумфальную встречу, а потом – не монашеской кельей решает он лечить меланхолию фельдмаршала, а свадебным пиром (первая жена Шереметева умерла за 15 лет до этого). В жёны Шереметеву он отдаёт 26-летнюю вдову своего дяди А.П. Салтыкову и сам устраивает свадьбу.
Мечта о монастыре не оставит Шереметева. Он пишет в своём духовном завещании: «Ежели по воле Божией, смерть меня постигнет в Москве или в ином котором месте, от Киева во отдалении, то прошу вашего царского величества повелеть тело мое грешное отвезть и погребсть в Киево-Печерском монастыре или где воля вашего величества состоится».

Но до своей кончины Шереметев ещё успел послужить. Он командовал наблюдательной армией в действиях против Турции 1712-1714 годов, а в 1715-1717 годах – корпусом в Мекленбурге и Померании.

В декабре 1717 года Борис Петрович приезжает в Москву. Здесь он заболевает так, что не в силах прибыть по указу царя в Петербург. Его лечат лучшие московские врачи, но всё безрезультатно. «… ни встать, ни ходить не могу, и опухоль на ногах моих такая стала, что видеть странно, и доходит до живота», – пишет он князю Меншикову. Царь отпускает фельдмаршала полечиться на Олонецкие воды, но смерть настигает Шереметева раньше, чем он успевает выехать.

Фельдмаршал скончался в Москве 17 февраля 1719 года. Будто бы и посмертно исполняя указ царя, он находит последнее пристанище в петербургской Александро- Невской лавре, а не в Киево-Печерской, где желал сам. Царь оставил фельдмаршала при себе. А вспоминал о нём такими словами: «Нет уже Бориса Петровича, скоро не будет и нас, но его храбрость и верная служба не умрут и всегда будут памятны России».

Алексей Петров